Сохаг
Утро было холодным. Накануне мне устроили настоящие проводы с шариками, фейерверком и тортом в виде сердца. Мне и без этого было жаль, что приходится покидать этих замечательных людей. Растрогали до слез.
Пропали последние предрассудки и отстранённость от жизни египтян, которые мешают туристу принимать жизнь, как есть. Стало как дома. Мы еще встретимся, надеюсь, что скоро. Спасибо, мои дорогие Nabil, вы со мной навсегда.

Это я записал на своей страничке в фейсбук, когда сел в поезд в Сохаге и отправился в Люксор. Я уже не первый раз упоминаю фейсбук на страницах о Египте, но мне пришлось его использовать с тех пор, как я собрался поехать в эту страну. В Египте многие сервисы были заблокированы еще весной 2017 года, а на момент написания этого текста для большинства египтян из тех, что используют интернет, фейсбук это и есть практически весь интернет. Поэтому я понемногу записывал и добавлял картинки, а сейчас читаю свои записи двух или трех месячной давности и понимаю, что многое изменилось.

Первая поездка в Каирском метро, первая поездка по пустыне на автобусе, а потом и первое путешествие на поезде. Все было необычным в первый раз, потому что не было похожим на то, что я себе представлял. Например, в Египте используются в том числе и поезда со спальными местами в вагонах, но протяженность дороги из конца в конец не слишком велика и можно перетерпеть в вагонах с сидячими местами даже по пути из Асуана в Александрию. Они похожи на вагоны электричек в России, но в зависимости от цены билета в них разный уровень чистоты и комфорта. И разное количество остановок в пути. Первый билет на поезд я покупал вместе с Миной, а спустя четыре дня мы встретились с ним и с Мэри на платформе Каирского вокзала. Поезд опаздывал, это нормально для Египта, где точность и обязательность вовсе не являются обязательными.

Встреча

Я ехал в гости к совершенно незнакомым людям. А какие традиции у египтян? Какие традиции у коптов? Я спрашивал Мину, что мне купить в подарок, но он ушел от ответа. Вера сказала, что я сам буду подарком в Сохаге. Я не видел фотографии семейного дома, не знал, как выглядят родители Мины. Мэри еще в том счастливом возрасте, когда все происходит как бы само собой, поэтому я не стал мучать ее вопросами. В Каире я перестал искать привычные причины и следствия, когда оказалось, что в Египте они могут не совпадать с моим опытом. Я решил просто принимать все как есть и ничему не противиться, даже если происходящее казалось мне в чем-то нелогичным. Попробовать быть египтянином. Хотя бы мыслить, как египтяне. Когда мне что-то предлагали, я соглашался. Хочешь поехать в гости? Да. В Сохаг? Да.

За окном вагона проносились поля, иногда сменявшиеся городской застройкой. Поезд останавливался, люди входили и выходили, а по проходу временами носили еду и питье. Как мне себя вести с отцом Мэри? На каком языке мы будем говорить и как будем понимать друг друга? Не странно ли, что я путешествую с почти незнакомой мне девушкой христианкой по стране, где ислам государственная религия? Как-нибудь все решится, если не мешать. В конце концов копты здесь живут не первую тысячу лет.

Мы приехали в Сохаг вечером. Отец Мэри оказался серьезным человеком, и он был искренне рад встрече. Я ожидал, что такси довезет нас до дома, но мы еще делали пересадки. Все это называлось Сохагом (а если правильно произносить, то Согаджем, где «г» звучит по южно-русски), но ехали мы долго, пока не оказались среди темных переулков совсем не городской застройки. Открылась металлическая калитка, и мы вошли в дом.

Все же мужчины более сдержаны, но сестра и мама Мэри радовались встрече будто мы близкие родственники и не виделись целую вечность. В тот вечер я узнал, что мужчины при встрече обнимаются и целуются в щеку дважды справа налево, а женщины – четыре. Не при каждой встрече, конечно. Для обычного приветствия достаточно пожать руку. Мне показывали дом, и я его хвалил, не догадываясь, что это новый дом, и поэтому мне его демонстрируют, как достижение. Египтяне строят несколько этажей на семью и последний этаж, как правило, всегда не достроен. Дома ставят близко друг к другу. Этажность и узкие улицы связаны не только с дорогой землей, но и с климатом. Нижние этажи всегда в тени и там прохладно даже в жару. Из-за отсутствия настоящих холодов в Египте нет необходимости делать систему отопления и толстые стены. С непривычки кажется странным, как это все держится, но как-то не падает. Потом мы ужинали египетскими блюдами, пили чай и говорили. Я показывал фотографии дома и своей семьи. Им это все было в диковинку, потому что другой мир они до того не видели. Питер, Москву и мои родные края – Кубань с зелеными полями и лесами, горами и побережьем Черного моря. Наши улицы и дома. Они удивлялись тому, как выгляжу я, моя мама и дочка, да и все мы. И много ли до этого я сам знал о жизни египтян и том, как выглядит тот Египет, в котором живет большая часть населения? Тина и Мэри выступали переводчиками с арабского на английский и обратно. Поначалу приходилось переспрашивать мне и Тине, но потом мы освоились с произношением и стали хорошо друг друга понимать.

Мне выделили комнату с огромной кроватью на втором этаже, куда я отнес свою сумку и рюкзак. Я думал, что приеду на два дня, но пробыл в Сохаге неделю. Это были замечательные дни. Но не все разрешилось как-нибудь само.

«Охрана»

Я пишу о Сохаге, но на самом деле дом, в котором я был в гостях, находится километрах в 15 от города на полпути из Тахты в Сохаг. Это деревня с полями вокруг, старостами и деревенскими сплетнями. Здесь я столкнулся с тем, о чем читал прежде у одного израильтянина, посещавшего внутренние районы Египта. Иностранцам здесь не место, по мнению властей. Иностранцы могут организованно приехать на экскурсию, посмотреть, что им положено видеть, и потом уехать в свою гостиницу в любом туристическом городе. Других иностранцев здесь быть не должно. Египетские власти объясняют это заботой о безопасности иностранных граждан. Если иностранца обнаружат, то будут охранять, пока не удостоверятся, что он покинул «опасный» для иностранца район. Не исключено, что охранять будут в полицейском участке, пока не подойдет нужный автобус или поезд.

Как правило, «опасные» районы совпадают с местами, наиболее густо населенными коптами. Не у меня одного сложилось впечатление, что коптов изолируют от внешнего мира во внутренних областях. В интернете можно найти статьи иностранных наблюдателей, которые указывают, что власти Египта занижают процент живущих в стране коптов. Сами копты считают, что их до 35 процентов от общей численности населения. Официально их не больше 10 процентов. Коптами именуют потомков коренного населения страны – собственно египтян. Якобы в современные европейские языки слово пришло от арабов. Арабы, завоевавшие Египет, называли так египтян, хотя само слово происходит от греческого названия, которое, в свою очередь, является искажением древнего египетского. Так или иначе, но все население современного Египта сейчас называется египтянами. Для ясности я буду называть коптами прямых потомков древних египтян, исповедующих христианство и принадлежащих к коптской православной церкви. Как это и есть на самом деле. Почти, потому что есть еще немного католиков. Коптов легко отличить от других египтян по лицам и именам, но если это вызывает затруднение с непривычки, то у всех коптов есть татуировка креста в районе правого запястья.

Забегая вперед, я все же расскажу о том, что разрешилось не как-нибудь само. Первый инцидент произошел в Абидосе, когда нашу машину остановила полиция на выезде из храмового комплекса. Мы ездили в Абидос с Набилем (отцом Мины), безо всяких проблем прошли на территорию по билетам, а к храму Рамзеса от храма Сети нас почему-то сопровождал автоматчик, но на выезде машину остановили. Кто-то из египтян на входе или в храмах сообщил в полицию, не иначе. Я уже читал о том, как это все происходит в подобных случаях. Иностранцу ничего не грозит, кроме внезапно прерванного путешествия. А у водителей автомобилей, автобусов и тех египтян, что были вместе с иностранцем, возникают куда более серьезные проблемы в виде административных наказаний. Набиль долго в чем-то убеждал полицию, и тон разговора постоянно менялся. Я не мог понять, что говорят, но в итоге нашу машину отпустили в сопровождении мотоциклов с мигалками. Так мы доехали до остановки маршруток, где Набиль показал, что держит меня за руку, пока мы не сели в машину. После этого полиция отстала. Я заметил по пути, что полиции намеренно перегораживали дорогу водители других машин и телег. Как бы случайно они поворачивали так, что создавалась пробка. А потом неторопливо ехали, издеваясь над полицейскими, которые со своими мигалками выглядели глупо. А что поделать, никак нельзя проехать в таком потоке. Египтяне в других местах не раз говорили мне, что полиция работает на свой карман, поэтому полицейских никто не любит. Мы еще не раз пересаживались в другие машины, а когда шли, Набиль держал меня за руку. Вероятно, тот разговор в Абидосе с полицией не прошел для него даром. И я был его гостем, поэтому он был мрачным до конца дня. К дому мы подъехали на туктуке.

А поздно вечером произошёл ещё один инцидент. В двери дома настойчиво постучали. Опять Набиль вышел к незваным гостям и о чем-то говорил на улице, но в итоге впустил их в дом. Это были четверо с ружьями, которые пришли меня охранять, пока я живу в этом доме. В этот раз об иностранце доложил туктук. Двое были в военной форме, а другие двое - старосты деревень в национальной одежде. Их поили чаем, убеждали, что мне ничего не угрожает, но уговорили только на то, чтобы охранять где-нибудь подальше от дома. Вся эта охрана приходила пить чай утром, а потом мы с Мэри и Тиной решили встретиться в центре Сохага и погулять по городу, как делали за день до этого безо всяких проблем. Но не тут-то было. В этот раз за мной и Мэри увязался солдат с ружьём. На остановке маршрутных автобусов я спросил через Мэри, собирается ли он ехать с нами. Он так и хотел поступить, потому что получил приказ охранять везде. Когда остановилась маршрутка, солдат потребовал, чтобы мы ехали без других пассажиров. Водитель вылез. Я просил Мэри переводить, и оказалось, что у водителя нет прав, поэтому он никуда не поедет. На всякий случай я уточнил, собирается ли солдат ходить с нами по магазинам и кафе. Он собирался ходить с нами, вооруженный ружьем. Тогда мне пришлось сказать, что мы никуда не поедем и посидим дома, потому что вся эта охрана дошла до полного идиотизма.

Но и это было не все. Когда утром я уезжал, история повторилась с другим солдатом, который доехал с нами до вокзала, нашел там начальника службы охраны и подписал у него какую-то бумажку, после чего ушел. Теперь уже человек в гражданском и с пистолетом на поясе всегда был рядом, пока я не сел в вагон. Впрочем, мы с Тиной и Набилем, которые меня провожали, перестали обращать на все происходящее внимание и попрощались душевно.

Помолвка

Но все же в Сохаге я провел замечательные дни. Я расскажу еще о своих поездках в коптские церкви и Абидос, а в один из дней мы просто пошли гулять по Сохагу. В этот приезд я первый раз увидел центр города. Тина работала, а мы с Мэри решили с ней встретиться ближе к вечеру и пойти на помолвку. Или Мэри не смогла мне правильно сказать, или я сам не понял, что она мне говорила, но я был уверен, что мы едем на помолвку Тины и встретимся с семьей жениха. Мэри провела инструктаж. Когда встретимся с женихом, нужно пожать ему руку и сказать «мабрук» (поздравляю), но только ему. Я всю дорогу повторял это слово, чтобы не забыть, когда вдруг встретимся. Мы зашли по дороге в какую-то церковь и посидели там. Потом пошли встречать Тину. Тина — это Кристина. Вот такое сокращение на египетский манер. После встречи поели кошери в кафе и отправились на Нил кататься на флюке. Нил есть почти во всех городах и деревнях Египта, кроме курортных и тех, что расположены в оазисах. Время от времени я тихо, чтобы не слышала Тина, спрашивал Мэри, где жених и когда помолвка. А она отвечала, что еще рано. Мы покатались на флюке, и это бы первый раз, когда я ходил на лодке по Нилу. Потом еще погуляли, провели фотосессию, раз уж я всегда носил с собой фотоаппарат, и пошли на место встречи. Банкетный зал был почти пустым, мы пришли рано. Посидели в кафе, пошли в зал опять и заняли места за столиком. У меня появились подозрения, что я что-то понял не так, а когда стали приходить другие люди и занимать места, я догадался, наконец, что помолвка точно не у Тины.

Копты женятся или выходят замуж один раз в жизни. Развод практически невозможен, потому что копты обязательно венчаются в церкви. Поэтому к выбору супруга относятся очень ответственно. После того, как молодые люди познакомились и потом решили, что они друг другу подходят, происходит помолвка. После помолвки жених и невеста живут вместе, чтобы лучше узнать друг друга и, как правило, потом женятся. Но если что-то не получается, то расстаются без свадьбы. Египет крайне религиозен и ко всему еще и живет по законам ислама. Копты, хотя и являются коренными жителями и христианами, вынуждены следовать правилам мусульманского большинства и законам страны, но так, чтобы не нарушать свои традиции. Это сложно, но продолжается уже больше тысячи лет, и коптам часто приходилось платить жизнью за право оставаться самими собой.

Помолвка была шумной и многолюдной. Когда зал был уже заполнен, приехали жених и невеста. Эта пара уже решила, что их отношения серьезные, поэтому организовали все по полной программе: банкетный зал на кучу гостей, съемку, выступление сирийского ансамбля песни и пляски и угощения. Алкоголя не было. Люди с теле и фотокамерами работали непрерывно. Невеста следила за тем, кто и в какой момент ее снимает, поэтому выдавала ослепительно счастливую улыбку всегда вовремя. Жених немного повздорил с организаторами на входе из-за гостей, но потом проверили списки, и все уладили. Пара прошла на площадку, где уже были готовы два кресла или такой диван на двоих. А потом танцы под оглушительную музыку со съемкой всего происходящего сменялись поздравлениями. Люди из зала по очереди подходили к жениху и невесте, поздравляли и потом уходили или оставались в зале. В какой-то момент Мэри мне сказала, что нам нужно тоже подойти и поздравить. Я вспомнил, что мне говорили, и вслед за Мэри пошел к сцене. Пожал руку невесте, жениху, сказал «мабрук» жениху, мы встали рядом, фотограф сделал несколько снимков и на этом поздравление закончилось. Мэри меня представила, и на лицах жениха и невесты мелькнуло удивление. Но я ничего не слышал из-за шума, даже свое поздравление.

Старый дом и фермы

Старый дом семьи мне хотели показать еще сразу после приезда, но мы в него пошли только после того, как у меня появилась «личная охрана». Не потому, что меня нужно охранять, а потому, что из деревни с этого момента без вооруженных людей стало не выехать, и мы пошли смотреть дом и потом фермы. Старый дом находится недалеко от нового. В нем жили все дети с родителями и их родителями. Сейчас он пустой, но большую часть жизни вся семья прожила в этом доме. Здесь была классическая печь для выпекания хлеба. Самия пекла на всю деревню. Здесь продолжал стоять кувшин со старым сыром, о котором я рассказывал на странице про еду. И про приготовление голубей я тоже рассказывал. Первые рисунки Мины на стенах тоже были в этом доме.

У Набиль нет фермы, но она есть у его родственников. Египтяне нарезают участки кратами (крат это примерно 165 метров) и потом землевладельцы выращивают на своих полях самые разные культуры. Это может быть и корм для скота на одном поле с пшеницей. Владельцы меняются редко и каждый охраняет свою территорию часто с оружием. Заборов нет, потому что египтяне знают, что можно и жизни лишиться, если зайти на чужое поле. Между полями проходят дороги и оросительные каналы. Египтяне используют помпы, чтобы водой из каналов поливать свои поля. Со времен древнего Египта и до строительства плотины в Асуане, земледелие было связано с разливами Нила. Сейчас все иначе, и полоса земли вдоль реки всегда покрыта полями и каналами. Поля резко обрываются на краю пустыни, в которой уже ничего не растет. При этом пустыня все время наступает, засыпая все пылью и песком, и люди вынуждены следить за каналами и полями, от которых буквально зависит их жизнь. Фермы на краю пустыни очень не похожи на то, что мне приходилось видеть раньше. Наверное, во времена, когда урожай зависел от разливов Нила, земледелие здесь было еще более необычным, потому что жизнь зависела не только от наступления пустыни с одной стороны, но и от реки с другой.

А вечером Самия учила меня готовить молохею. Пакет с высушенной травой и банку с куском старого сыра мне дали с собой, когда я уезжал из Сохага.

День рождения

Уезжать я должен был за два дня до своего дня рождения и никак не ожидал, что меня поздравят еще и потому, что у нас не принято поздравлять заранее. Но в последний вечер я вдруг почувствовал, что что-то происходит. Я сидел внизу и пил чай на кухне, а Тина и Мэри пропадали и появлялись, куда-то бегали и незаметно, как им казалось, перешептывались. Я догадался, что они что-то готовят. Потом все ушли наверх, и пришла Мэри. Немного смущаясь, она пригласила меня подняться наверх. Я вошел в свою комнату и сразу зажглись огни гирлянды. Вся семья запела мне поздравление с днем рождения. Мне вручили подарки, которые потом объехали весь Египет, побывали в Турции и опять вернулись в Египет вместе со мной. И в коробках были поздравительные открытки, подписанные ручкой на английском. Потом Мэри принесла торт в виде сердца. Он чуть-чуть не получился, но Мэри пекла его для меня и очень старалась. Мэри, Тина, Самия и Набиль были так счастливы, а я был счастлив вместе с ними. Помню, как я растрогался и у меня навернулись слезы, а я не хотел это показывать. Но Мэри не могла понять, что происходит и спрашивала, почему я не радуюсь. А я ей объяснял, что я счастлив, но иногда так бывает. Мэри и Тина увидели мою дату рождения на странице в фейсбук и решили меня поздравить. Для них нет проблемы в том, чтобы поздравить на день или два раньше, если потом не получится. Так счастливо закончился последний день моего первого приезда в Сохаг.

Апрель. Пасха

Прошло два месяца с моего первого визита в Сохаг. Тогда это путешествие полностью изменило мое отношение к египтянам. Меня окружили теплом и заботой, и я смог почувствовать себя частью общества или даже семьи, а не сторонним наблюдателем.

Потом я побывал в самых разных уголках страны и съездил в Турцию, но вернулся не в Каир, а в Хургаду, и уже из Хургады хотел приехать к друзьям в Люксор, а потом навестить семью Набиль в Сохаге. Но я хотел сделать это без предупреждения, чтобы мой приезд был сюрпризом. В Хургаде я встретился с Шенодой – братом Мэри, Тины и Мины. Я сказал ему, что никуда не поеду. Я вообще забыл про Пасху и только потом вспомнил, когда из Люксора, Асуана и Сохага меня стали настойчиво спрашивать, где я и почему не приезжаю. Я купил билет на автобус до Люксора, чтобы там встретить друзей и сходить в церковь, а потом поехать на поезде в Сохаг. Но о своем плане я написал накануне только Шеноде, который был уже в Сохаге, и просил все держать в тайне. Но за день до отъезда я отравился в отеле, где жил перед тем, как снять квартиру. Нигде и никогда в Египте у меня не было отравлений, пока я жил среди египтян, ел египетскую еду и делал все, как египтяне. И никогда больше я не буду есть приготовленное для туристов, потому что одного раза мне хватило. Я пил разные средства из своей аптечки, лежал с температурой в постели и не знал, смогу ли куда-то поехать. Но вечером перед предполагаемым отъездом из Хургады мне вдруг стало лучше, а к утру я и вовсе почувствовал себя свежим и совершенно здоровым. Так я поехал в Люксор и потом в Сохаг.

Шенода никому ничего не говорил, как я и просил. Для всей семьи было настоящим сюрпризом, когда я вдруг появился в Сохаге. Они тут же поехали меня встречать. Теперь это были уже не незнакомые люди, я уже не думал, как себя вести и что делать при встрече. Я приехал как будто домой. Но теперь здесь были все: папа и мама семейства – Набиль и Самия, Шенода, Тина, Мэри, Мина и Вера с Иваном. Мы просто проводили время в доме, хотя в последний день отправились в Сохаг на карусели, прогулку по Нилу и в разные кафе. Мне никуда и не хотелось идти, пока мы были все вместе. Я просто наблюдал, фотографировал, говорил со всеми, а египтяне слушали, как мы говорим с Верой на русском и сами выучили несколько русских слов. С Верой мы научили их не просто очищать скорлупу с пасхальных яиц, а бить одно о другое и провели первый чемпионат, в котором победила Тина. Я обещал, что все фотографии, которые сделал внутри дома с семьей, не буду показывать где-то еще и раздам только семье. Поэтому все сцены из жизни, которые я снимал, когда на меня не обращали внимание, я не смогу показать здесь. Мы даже сделали фотографию всех нас вместе, сидящих и стоящих в два ряда, но и это останется только личным. А фотографии с наших прогулок я вполне могу опубликовать.

Я возвращался в Хургаду вместе с Шенодой. Чтобы не сталкиваться с полицией, как это было у меня в первое посещение, Шенода решил ехать ночью. После прогулки по городу я с ним встретился на стоянке автомобилей, которые набирали пассажиров для поездок в разные удаленные районы. В нашу легковую машину набралось 8 пассажиров. Это нормально в Египте. Часа за четыре мы пересекли пустыню и после двух тотальных проверок на въезде, когда машину едва не разобрали до винтиков, были в Хургаде.
Видео, записанное на телефон
Едем на поезде с Мэри в Сохаг. Улицы Сохага из окна такси после встречи на вокзале. Улицы деревни, едем в Красный и Белый монастыри. Молитва в коптской церкви, святые мощи под стеклом. Типичная египетская маршрутка. Прогулка на флюке по Нилу. Помолвка. Улица Абидоса. Заключительный этап приготовления молохеи

Из деревни в Сохаг на машине. Карусели в парке. Кафе. Дорога и мост через Нил. Ловим такси. С Шенодой в автопарке, на одной из белых машин мы доехали в Хургаду. Остановки в пустыне по пути. Вокзал Сохага. Меня провожают Набиль и Тина в феврале

Фотографии

Железнодорожный вокзал в Сохаге


Деревенские улицы. Дом Набиль и дом соседей напротив. Дома стараются ставить рядом, они многоэтажные, но в каждом доме живут родственники, которые и строят себе дом этаж за этажом. Жить в доме начинают, построив один или два этажа, одновременно продолжая строительство. Дома христиан отмечают нарисованными на стене крестами. Понять, кто живет в доме, можно и по тому, что коптские женщины не покрывают голову. Иногда можно увидеть повязанный платок у женщин постарше


Деревенские улицы по дороге в монастыри. Христиане и мусульмане живут, как правило, в одной деревне, но есть и чисто мусульманские деревни. Как мне показалось, таких большинство, как и большинство населения - мусульмане


Вид на соседние дома деревни с крыши старого дома


Печь для приготовления еды и выпекания хлеба в старом доме. Она на крыше, поэтому дым не попадал в жилые помещения. Когда-то Самия пекла здесь хлеб, но сейчас в доме никто не живет


На крыше старого дома. Дом действительно старый. Когда-то и в России в деревнях использовали такие материалы для постройки


Думаю, я вправе показать некоторые фотографии семьи, которые уже публиковал на страницк в фейсбук для общего доступа. Мэри, Набиль и Тина на крыше старого дома. Между нами лестница на нижние этажи


Лестница с крыши


Голубятня на крыше. На странице про египетскую еду я упоминал о том, что египтяне готовят голубей, и это почетное блюдо на столе


Дом внутри. На стене изображения Христа, и коптских священников


Самия, Мэри и Тина


Набиль и я. За нами стена, на которой когда-то рисовал Мина


На переднем плане канал, а дальше Нил


Фермерские поля. Видно дым от костров, которые жгут в конце зимы





В гостях на ферме у родственников Набиля


Соседние поля


В основном пшеница и кормовые культуры





Пальмы бывают финиковые и для красоты


На полях иногда есть небольшие постройки для скота и инструментов


Ослы используются как транспорт





Коровы дают молоко и мясо. Свиней не держат


С фермером и коровами


Между полями проходят оросительные каналы


Воду из крупных каналов на поля подают помпами





Нил в Сохаге. Вид на берега с моста через реку





Я делал эти снимки уже вечером, когда мы с Мэри и Тиной шли кататься по реке на флюке, которые выглядят так снаружи


А так внутри, но уже ночью


А до заката мы успели пройти по Нилу и посмотреть с борта на Сохаг


Острова


и мост





Первый раз мы пришли на помолвку слишком рано. Зал был пустым


Но позже пришли и гости, и жених с невестой. Хотя женихом с невестой называют тех, кто собирается жениться. С другой стороны, они ведь и не собирались пока жениться


Все торжество сопровождалось танцами сирийского ансамбля и непрерывной съемкой на камеры


Перед тем, как пойти гулять, мы с Мэри зашли в церковь и подождали там, когда Тина закончит работу


Копты заходят в церковь не только для молитвы. Для них это и место встреч, где можно обменяться новостями в церковном дворе. Они проходят обучение как и все граждане Египта, но сохраняют свою идентичность. Многие изучают коптский язык и письменность. Например, Тина закончила химический факультет и работает по специальности в лаборатории, но как волонтер в свободное время обучает группу детей коптскому


И конечно незабываемый вечер, когда меня поздравили с днем рождения. "Моя" комната в доме Набиль с гирляндой и шариками


Это подарочная кружка в Стамбуле через полтора месяца. Я специально взял кружку, налил кофе из термоса, сфотографировал себя у Софии и опубликовал на страничке в фейсбуке. Пусть девушки пока не могут выехать из Египта, но их подарок побывал в Африке, Азии и Европе. Они читают мою страницу через переводчик. А кружку легко узнать по изображению почитаемого коптского священника


В парке в Сохаге в апреле на Пасху. Египтянки постоянно хотели сфотографироваться со мной и Верой. Думаю, что больше с Верой, потому что я уже почернел и мужчина, а с иностранными девушками египтянки любят фотографироваться. Не знаю, почему, но им это нравится


Я не могу публиковать наши фотографии, сделанные дома, потому что обещал. Но те, что делал во время прогулки, могу показывать. Мина с Иваном, Мэри, Тина и Вера


Парк развлечений с каруселями и кафе








В апреле было жарко


И поливание улиц водой никак не спасает от жары


Несколько случайных фотографий на улице в тот день








И конечно мы отправились в плаванье по Нилу на флюке





Вера и Мина


Мэри


Вера и Тина


Меня сфотографировала Вера


И Иван, который у египтян стал Иво. Все его просто затискали


Потом еще были кафе, а потом Шенода, который все дни просидел дома, позвонил и сказал, что нам пора ехать. Он есть только на фото с телефона сразу по приезду в Хургаду


Наш броневик, в котором мы под покровом ночи пересекли пустыню

Оглавление

Пожалуйста, при использовании фотографий, текста и других материалов этого сайта указывайте источник  -  этот сайт и автора (Игорь Бондарев, www.bondareff.ru) со ссылкой на этот сайт
© Игорь Бондарев, 2005—2018